Суд — это не только нормы и процедуры, но и язык, на котором человек может быть услышан. В гражданском процессе, как и в любом другом, этот вопрос имеет принципиальное значение, потому что без понимания происходящего невозможно говорить ни о защите прав, ни о справедливом разбирательстве.
О понятии
В самом простом смысле речь идет о том, на каком языке ведется процесс и на каком языке участники вправе защищать свои интересы. Закон исходит из того, что человек не должен терять доступ к правосудию только потому, что не владеет официальным языком суда.
Обращаясь к первоисточнику, базовое правило закреплено в статье 9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Из нее следует, что гражданское судопроизводство ведется на русском языке как государственном языке Российской Федерации.
Есть и некоторые уточнения:
- в судах республик, входящих в состав Российской Федерации, процесс может вестись также на государственном языке соответствующей республики;
- в военных судах гражданское судопроизводство осуществляется исключительно на русском языке.
При этом закон сразу устанавливает важную гарантию для участников процесса. Так, лицам, участвующим в деле и не владеющим языком, на котором ведется гражданское судопроизводство, разъясняется и обеспечивается право:
- давать объяснения и заключения;
- выступать в судебном заседании;
- заявлять ходатайства;
- подавать жалобы;
- пользоваться услугами переводчика.
Причем такие действия могут совершаться на родном языке либо на любом свободно избранном языке общения.
Пример ситуации
Представим гражданский спор, в котором одной из сторон является иностранный гражданин. Он присутствует в судебном заседании, понимает, что речь идет о долге, договоре или имущественных требованиях, но не владеет русским языком в той мере, чтобы свободно формулировать возражения, задавать вопросы свидетелям или реагировать на доводы другой стороны.
Суд разъясняет права, зачитывает процессуальные документы, переходит к исследованию доказательств. Формально иностранный участник кивает, отвечает односложно, иногда говорит по-русски, но очевидно, что делает это на бытовом уровне. Между тем в деле фигурируют письменные доказательства, юридические термины, нюансы расчетов и правовой квалификации, требующие точного понимания.
В такой ситуации суд обязан не ограничиваться формальной оценкой того, что лицо «в целом понимает происходящее». Он должен разъяснить право на дачу объяснений на родном языке либо ином понятном языке и обеспечить участие переводчика. Только при наличии перевода можно говорить о том, что сторона действительно осознает содержание процесса и реализует свои процессуальные права.
Если же переводчик не предоставлен, участник лишается возможности:
- полноценно изложить свою позицию по делу;
- заявить ходатайства и возражения;
- указать на противоречия в доказательствах;
- своевременно отреагировать на доводы другой стороны.
Внешне процесс выглядит законным: заседание проведено, протокол составлен, решение вынесено. Однако по существу одна из сторон была поставлена в заведомо неравное положение, что противоречит самому смыслу гражданского судопроизводства. В таких случаях судебный акт подлежит отмене, поскольку право на судебную защиту было реализовано лишь формально, а не реально.
Где еще закреплено это право
Право пользоваться родным языком имеет конституционную природу. В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года N 8 разъяснено, что часть 2 статьи 26 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на пользование родным языком. В совокупности с частью 2 статьи 9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации это означает обязанность суда:
- разъяснить участникам процесса их языковые права;
- обеспечить возможность выступлений и заявлений на родном или ином понятном языке;
- предоставить переводчика при необходимости.
Аналогичный подход закреплен и в статье 6 Федерального конституционного закона от 23 июня 1999 года N 1-ФКЗ «О военных судах Российской Федерации», где прямо указано, что участникам дела, не владеющим русским языком, обеспечивается право пользоваться услугами переводчика.
Отдельно важно, что услуги переводчика оказываются за счет государства, а не за счет участника процесса.
Последствия нарушения языковых правил
Несоблюдение требований о языке судопроизводства — не формальность, а серьезное процессуальное нарушение. Если суд рассматривает дело без перевода для лица, не владеющего языком процесса, с использованием документов на иностранном языке без надлежащего перевода или без разъяснения права на переводчика, принятые судебные акты подлежат отмене.
На практике это часто встречается, когда в материалы дела приобщаются договоры, переписка или иные документы на английском или ином иностранном языке без официального перевода. В таком случае суд фактически лишает другую сторону возможности проверить и оспорить содержание доказательств.